Главная

После бала (заметки жюриста)

Аватар пользователя Алексей Битов
Почти две недели назад, было дело, озвучил я тут квартет лучших, на мой взгляд, пьес из основной номинации конкурса «Время драмы, 2014, лето»:

1. Андреев Н., «Манекены»;
2. Астраханцев С., «Банный день»;
3. Горбань В., «Тюремный тариф премиум класса»;
4. Майоров В., «Александр Сергеевич».

Да, давно дело было. За это время много, на кого наехать удалось, но добыча попадалась какая-то несъедобная, всё больше чиновники да деятели нового искусства – товар, как ни крути, ни на что не годный, только на выброс. С драматургами (и кандидатами в таковые) повеселее – тем более, откровенный шлак сегодня остался «за кадром».

Напомню собственное «обязательство»; оно касалась победителя конкурса и пьесы, которую поставил на первое место ваш покорный слуга: «Обе пьесы [«Александр Сергеевич» и «Манекены»] заслуживают серьёзного разбора... Как нетрудно догадаться, речь пойдёт прежде всего о недостатках – иначе это уже не разбор, а панегирик. Наверное, под раздачу попадёт ещё пара пьес – из лучших, но не из квартета...» (http://dik-dikij.livejournal.com/1044053.html). И ещё, в конце поста: ««Зиндан. Монологи о ненужных жизнях.» С. Солонцова – текст, попавший и в шорт-лист, и в мою личную «десятку», но... нет, о нём, пожалуй, надо будет написать более подробно».

Собственно, ограничусь тремя названными, а четвёртая, с которой начну – вообще не с этого конкурса; на всякий случай – я там был не при делах и никакого отношения ни к чему не имею, но сама пьеса соответствует двум условиям: там, на мой взгляд, есть, за что зацепиться, и в то же время у меня по ходу чтения возникла серьёзная (можно сказать, системная) претензия к автору.

Всё, к делу.

В. Чепурин, «Что мы знаем о декабре?».

Загвоздка, разумеется, в сценичности – если угодно, в соответствии жанру. Нет, дело не в отдельных сценически странноватых ремарках, хотя без них, к сожалению, не обошлось. («Влюбленные провожают Старика удивленными взглядами, и, когда он исчезает из виду наверху, их взгляды не останавливаются и продолжают вести Старика по лестнице, оказавшейся бесконечно длинной и уходящей выше и выше» или «Все двери нараспашку, свет и ветер пронизывают дом насквозь, и за его стенами, поднимаясь и смыкаясь над крышей, волнуются и поют бездонные и торжественные стихии – море и музыка»). Конечно, это ошибки, но ни разу не системные. Беда в другом: авторы нередко забывают, что театр предметен, и на сцене написанное «овеществляется». К примеру, прозаик может написать «Звучит прекрасная музыка», а в пьесе прозвучит либо голословная оценка (не более, чем субъективное мнение данного персонажа), либо сама музыка, желательно – хорошая.

Что в данном случае? Главный герой – Старик – написал оперу «Гамлет»; фрагменты этой оперы должны прозвучать во втором действии: «Марина поёт Офелию» (Картина 3); «Марина (играет вступление)... (Напевает.) «Быть или не быть...»» (Картина 5); «Марина... (Играет вступление к арии Гамлета.)»; «Петр, закрыв глаза, словно вдруг смертельно устав, начинает арию – реквием по Старику... «– Быть или не быть – вот в чём вопрос. Достойно ль...» Петр заканчивает арию...»; «Старик грезит; звучит вступление к арии Гамлета...» (Картина 7); «Дом превращается в театр, и Петр, появившись на лестнице в костюме Гамлета, снова поет арию и исчезает, закончив» (Интермедия 5).

Какую музыку играет Марина? Какую арию поёт Пётр? Используется одна из уже написанных опер – благо, они не слишком хорошо известны? Не знаю, мне такой «ход» не представляется оправданным, даже если речь идёт о более-менее современных вариантах, а не о тех, которые были написаны в XVIII-XIX веках. Может, специально для постановки кто-то сочинит свою «домотканую» музыку? Но опера – жанр достаточно специфичный; к тому же музыкальные вкусы Старика, видимо, сформировались далеко не вчера (в 1938 году он «имел блаженство попасть» на премьеру оперы Д.Кабалевского «Кола Брюньон», т.е. родился не позднее самого начала 1920-х), и определённому уровню этот «Гамлет» соответствовать должен; дело не в том, что один из персонажей, Верещагин, называет оперу «великолепной» («Робкий бас провинциальной оперы» может и ошибаться, и кривить душой), но у Старика, как-никак, изрядный опыт оперного слушателя и абсолютный музыкальный слух. В общем, автор, сам того, надо полагать, не желая, подложил потенциальному постановщику некоторую музыкальную, извините, свинью. Правда, в самом начале текста этому гипотетическому постановщику, вроде бы, выдана индульгенция («При постановке пьесы допускаются любые вариации музыкального материала в зависимости от вокальных данных исполнителей и замыслов режиссера-постановщика»), но это – слабое утешение: можно без особых проблем заменить звучащую за сценой классику («Фауст» Гуно в Интермедии 4, «Страсти» Баха в Картине 4) на какую-нибудь другую классику, но с «Гамлетом»-то как быть? Его ничем не заменить, ни «Макбетом», ни «Королём Лиром» – за «индульгенцией» следует оговорка «Арии (кроме арии Гамлета) и имена композиторов, указанные в ремарках, должны приниматься во внимание только в качестве опорных точек сюжета»; да если и заменить, вопрос, откуда взять музыку, всё равно останется.

Вот такая катавасия получается. К сожалению.

Что ж, от музыкального сопровождения вернёмся к видеоряду, а от «чужого» конкурса – к привычному «Время драмы, 2014, лето».

С. Солонцов, «Зиндан. Монологи о ненужных жизнях».

Текст о наших пленных в Чечне, жёсткий, без пафоса и без соплей. Одно место действия, никаких «перескоков», крупных планов нет, сверхъестественных телодвижений не предполагается, ставь – не хочу. Но – не складывается что-то. Вот как выглядит место действия: «Маленькая землянка. Под потолком висит алюминиевый провод в белой оплетке, на нем болтается тусклая лампочка. В дальнем углу стоит лестница до потолка землянки, ее конец упирается в решетку, на которой сверху стоит железный бак, который не дает поднять решетку». На какой высоте потолок? Пленных пятеро, армейские и менты – надо полагать, не карлики, но когда встают в рост – вроде бы, не пригибаются. Мало того, в Сцене 10 «Евгений лезет по лестнице вверх, пытается один сдвинуть бак, но ничего не получается. «помогайте парни»! К нему присоединяются Вова и Александр». Чеченец Мурат «аккуратно слазит по лестнице» (Сцена 5), в другом случае – «спускается» (Сцена 10). Похоже, высота потолка – не менее 3-х метров, скорее больше. Как в землянку попадают пленные? По-разному: Вову просто сбрасывают сверху («Сверху падает тело, цепляясь обездвиженными конечностями за ступеньки лестницы», Сцена 1), братьям тоже достаётся («В яму [в смысле, в землянку] спрыгивает человек [Евгений], сразу вскакивает, поднимает руки перед собой, сверху падает второй [Михаил], первый ловит его, но от тяжести падает на землю», Сцена 3). Вы можете представить это в театре? Я – нет: если подстелить что-то мягкое (маты), выдаст звук; если актёр будет группироваться, не получится «свободного падения»; в общем, задачка для каскадёров, но в театре их нет, а за самих актёров заступится профсоюз, да и дирекция не позволит нарушать технику безопасности. Выход напрашивается: новых пленников вбрасывают сбоку; да, но это будет уже другая пьеса (у Солонцова в Сцене 10: «Бак опрокидывается, Женя вопросительно смотрит вниз на Сергея, тот кивает, Женя поднимает решетку, поворачивается к своим, демонстративно креститься, улыбается, собирается прыгнуть наверх, но рядом рвется мина. Сверху сыплется земля. Женя поднимает голову, с озорной улыбкой смотрит на всех, подтягивается, через секунду его ноги как будто ныряют вверх. Все стоят и смотрят наверх»). Да и вообще, зиндан – всё-таки подземелье.

Все вопросы снимаются, если рассматривать «Зиндан» как рассказ или как сценарий короткометражного фильма. Тогда – да, тогда и оценка моя была бы выше. Но в пьесе – другой уровень «овеществления», и тот, кто этого не понимает, – простите, не драматург. По определению. Что, в принципе, вовсе не мешает быть приличным прозаиком, сценаристом или даже репортёром. Но стометровку, марафон и стипль-чез, насколько известно, бегут по-разному.

А как же «Манекены» и «Александр Сергеевич»? Нет, на сегодня, пожалуй, достаточно. Окончание – завтра.

Оригинал статьи: http://dik-dikij.livejournal.com/1052058.html

Наши партнёры

Товарищество сибирских драматургов ДрамСиб - партнёр конкурса и фестиваля Гильдия драматургов Сант-Петербурга - партнёр конкурса и фестиваля Медиа-проект Артист - информационный партнёр конкурса и фестиваля