Главная

КИДНЕПИНГ или Самый дорогой в мире Карлсон

Аватар пользователя рапсод

18 сентября 2012 г.

Роберт Орешник
КИДНЕПИНГ
или
Самый дорогой в мире Карлсон
комедия-сказка в 2-х действиях

по мотивам повестей Астрид Линдгрен

действующие лица:

КАРЛСОН
МАЛЫШ
БОК - фрёкен
ЮЛИУС - дядя
1 Вор
2 Вор

Действие 1

СЦЕНА 1. Крыша. День

2 Вор пускает мыльные пузыри, 1 Вор читает газету.

1 ВОР. «Группа «АББА» фактически прекратила своё существование».
2 ВОР. Как мыльный пузырь.
1 ВОР. «Шведская сборная по хоккею с шайбой опять не выиграла мировое первенство, уступив русским».
2 ВОР. Как мыльный пузырь.
1 ВОР. «Наша королевна…»
2 ВОР. Как мыльный пузырь.
1 ВОР. Не смей так говорить о нашей королевне! Или ты, - о, ужас! - не патриот?
2 ВОР. Или. Я – вор! Если королевна об этом узнает, она велит посадить меня в тюрьму. Значит, она меня не любит. А если королевна меня не любит, зачем же мне любить её?
1 ВОР. Патриот – это человек, который любит Родину, а не королевну.
2 ВОР. Так я же и говорю: мыльный пузырь.
1 ВОР. Королевна и Родина – одно и то же.
2 ВОР. Не согласен.
1 ВОР. Лучше согласись, иначе мне придётся тебя воспитать.
2 ВОР. Кто? Ты! Кого? Меня! Воспитатель нашёлся, ты сам - мыльный пузырь.
1 ВОР. Кто? Я! Кого? Меня!

Воры дерутся. 1 Вор оседлал поверженного на спину 2 Вора, взял газету, стал хлестать ею по лицу противника, но вдруг замер, глядя в газету.

2 ВОР. Мне не больно, курица довольна. Ну, что остановился? Продолжай мне массаж моего лица, пока я не встал и не отметелил тебя по полной программе.
1 ВОР. Слушай заголовок: «Что это: летающий бочонок или нечто другое?»
2 ВОР. Ты у меня спрашиваешь?
1 ВОР. Это газета спрашивает.
2 ВОР. О чём речь?
1 ВОР. Ещё не знаю, но чую, пахнет деньгами!
2 ВОР. Вот! Вот, что для меня – не мыльный пузырь: деньги.
1 ВОР. Глупец, мыльнее и пузыристее денег на свете ничего нет.
2 ВОР. Почему?
1 ВОР. Потому что деньги, как мыльный пузырь, сколько бы ты их ни надувал, они всё равно тебя надуют.
2 ВОР. Не понял. Но мысль интересная. Слезь с меня, противный. Читай вслух!
1 ВОР. «Что это: летающий бочонок или нечто другое?»

СЦЕНА 2. Кухня. День

Малыш за столом, читает газету. Перед ним - тарелка с кашей.

МАЛЫШ. «Что это: летающий бочонок или нечто другое?» Ничего себе, заголовок!

Входит фрёкен Бок.

БОК. Малыш.
МАЛЫШ. Да, фрёкен Бок?
БОК. Ты ещё малыш, а не взрослый мужчина, негодник.
МАЛЫШ. Что вы имеете ввиду?
БОК. Я имею ввиду, что тебе рано читать за обедом газету. Немедленно отложи её в сторону и просто кушай кашу. Ты меня внимательно расслышал?
МАЛЫШ. Йес, мисс… о,кей. (Кладёт газету на стул, под себя.)
БОК. Боже мой! Какой кошмар, нормальный местный мальчик, воспитанный в приличной семье, не должен за столом, без крайней необходимости, говорить на иностранном языке.
МАЛЫШ. Почему?
БОК. От этого может случится несварение здорового отечественного продукта питания.
МАЛЫШ. Йес, фрёкен Бок.
БОК. Малыш!
МАЛЫШ. Вы куда-то собрались?
БОК. О, да. Пока ты ешь кашу, я схожу в парикмахерскую. Сегодня приезжает твой дядюшка Юлиус, с которым мы прежде никогда не встречались. В связи с этим, согласись, невоспитанный мальчишка, приличная шведская девушка должна выглядеть!
МАЛЫШ. А кто у нас девушка?
БОК. Я!
МАЛЫШ. О, да…
БОК. Ешь, паршивец. Я скоро вернусь. (Уходит.)
МАЛЫШ. Каша… малаша… какаша… почему я не взрослый, сейчас взял бы и нагло ничего не съел. (Вынимает из-под себя газету, читает.) «Странный неопознанный объект летает над Стокгольмом».

Шум мотора. В окне появляется Карлсон.

КАРЛСОН. Привет, Малыш!
МАЛЫШ. Привет, Карлсон!
КАРЛСОН. Наша домомучительница здесь нигде не завалялась?
МАЛЫШ. Домомучительница - это что?
КАРЛСОН. Не «что», а «кто», бестолковый: фрёкен Бок.
МАЛЫШ. Ушла в парикмахерскую.
КАРЛСОН. Да? А по запаху не скажешь.
МАЛЫШ. По какому запаху?
КАРЛСОН. По запаху каши. Знаешь, кто лучший в мире друг? А ещё тут же угадай, почему этот друг появился здесь и сейчас.
МАЛЫШ. Лучший в мире друг – это ты, Карлсон. Но я не знаю, почему ты здесь и сейчас.
КАРЛСОН. Угадай с трёх раз. Может, потому, что я соскучился по тебе, глупый пацан – это раз. Может, я попал сюда по ошибке, а собирался слетать в Королевский парк – это два. Может, я почуял, что здесь пахнет кашей – это три. Раз, два, три – говори поскорей, не задерживай добрых и честных людей!
МАЛЫШ. Наверное, потому, что ты по мне соскучился.
КАРЛСОН. А вот и нет! И в Королевский парк я не собирался. Так что, нечего тут гадать.
МАЛЫШ. Слушай, Карлсон, иногда ты мне напоминаешь один большой сплошной желудок…
КАРЛСОН. Когда я голоден, именно так я и себя и чувствую. Отодвинься от каши.
МАЛЫШ. Мне надо с тобой поговорить серьёзно.
КАРЛСОН. Ты полюбил кашу?
МАЛЫШ. Погляди-ка на первую страницу газеты. (Подаёт газету.)
КАРЛСОН (взял газету). Ба-бах! Пароход перевернулся! Катастрофа за катастрофой!
МАЛЫШ. Да, обеды трескать проще, чем учиться читать.
КАРЛСОН. Я же прочитал только что вслух…
МАЛЫШ. Ты просто прокомментировал фотграфии.
КАРЛСОН. А как ты догадался?
МАЛЫШ. Ты держишь газету вверх ногами. А там, между тем, написано важнейшее сообщение!
КАРЛСОН. Между кем?
МАЛЫШ. Между тем, которые не касаются летающего бочонка.
КАРЛСОН. Приходишь, голодный как пёс, а этот парень сидит себе, как ни в чём не бывало, перед полной тарелкой каши, вокруг шеи у него повязана салфетка, и он бубнит себе под нос, что надо съесть ложку за маму, ложку за папу, ложку за тётю Августу…
МАЛЫШ. За какую тётю Августу?
КАРЛСОН. Понятия не имею. (Бросает газету на стол.)
МАЛЫШ. Так зачем же есть кашу за её здоровье?
КАРЛСОН. Ах, вот как! Значит, твой друг должен умереть с голоду только потому, что ты не знаешь каких-то там старых тёток, которые живут где-то у чёрта на рогах, под именем Августа?
МАЛЫШ. Карлсончик, дорогой, прости, сейчас всё станет правильно. (Ставит на стол чистую тарелку и кастрюлю с кашей.) Вот. Накладывай, сколько хочешь, и ешь. А я тебе пока прочитаю заметку из газеты.
КАРЛСОН (ест из кастрюли). У тебя не домомучительница, а золото.
МАЛЫШ. У меня нет домомучительницы. Моя мама, для присмотра за мной, взяла на работу домоуправительницу, то есть домработницу.
КАРЛСОН (ест кашу). Как женщину ни назови, лишь бы умела готовить пищу. Читай-читай, ты мне не мешаешь.
МАЛЫШ. «Что это: летающий бочонок или нечто другое? Странный неопознанный объект летает над Стокгольмом».
КАРЛСОН (ест кашу). Малыш, читай, пожалуйста, с выражением добрых чувств, а-то аппетит же портится от занудства.
МАЛЫШ. «Очевидцы сообщают, что за последнее время неоднократно видели в районе Вазастана некий летающий предмет, напоминающий по виду маленький пивной бочонок. Он издаёт звуки, похожие на гул мотора».
КАРЛСОН (ест кашу). Жаль, что домомучительница такая ленивая. Никогда не видел, чтобы детям варили так мало каши.
МАЛЫШ. «Представители Авиакомпании ничего не смогли сообщить нам относительно этих полётов. Поэтому возникло предположение, что это иностранный спутник-шпион, запущенный в воздушное пространство с разведывательными целями».
КАРЛСОН (доедает кашу). К сожалению, за здоровье тёти Августы съесть нечего не осталось. Как мне горько и пусто за тётю Августу.
МАЛЫШ. «Тайна этих полётов должна быть раскрыта, а неопознанный объект пойман. Если он действительно окажется шпионом, его необходимо передать для расследования в руки полиции».
КАРЛСОН (вылизал кастрюлю). Но что я вижу: здесь есть булочки! Спокойствие, только спокойствие. Милая тётушка Августа, ау! Всё в порядке, живи спокойненько в своём далёком городке Тумбе или где ты там себе хочешь. Я съем за твоё здоровье вместо каши две булочки. А может, даже три… или четыре. Да хоть пять, лишь бы тебе приятно жилось в твоей Тумбе. (Ест булочки.)
МАЛЫШ. «Кто раскроет летающую тайну Вазастана? Редакция газеты назначает вознаграждение в десять тысяч крон. Тот, кому посчастливится поймать этот таинственный предмет, получит премию в десять тысяч крон. Ловите его, несите в редакцию, получайте деньги!»
КАРЛСОН (жуёт булочки). Хочешь булочку?
МАЛЫШ. Хочу.
КАРЛСОН. Хоти. Потому что эта кончилась, а других больше нет.
МАЛЫШ. Ты понял, что я тебе прочитал?
КАРЛСОН. Конечно. Гоп-гоп! Можно считать, что спутник-шпион уже пойман! Звони в редакцию и скажи, что я приду к ним после обеда.
МАЛЫШ. Не понял?
КАРЛСОН. А разве мы сейчас, наконец-то, как следует, не пообедаем?
МАЛЫШ. Я про редакцию!
КАРЛСОН. А. Ты разве не знаешь, кто лучший в мире охотник за спутниками - шпионами? Вот он – этот грозный охотник, перед тобой, и зовут его: Карлсон, который живёт на крыше! Никто не спасётся, когда я начинаю лететь на бреющем, со своим большим сачком. Кстати, у тебя есть чемодан?
МАЛЫШ. Зачем?
КАРЛСОН. Чтобы нам унести десять тысяч крон премии.
МАЛЫШ. Милый Карлсон, неужели ты не догадался, что «летающий бочонок» - это ты, что они охотятся за тобой?
КАРЛСОН. Летающий бочонок!? Ты меня вот, как обозвал!? Мой лучший друг!? Ты забыл, что я красивый, умный и в меру упитанный мужчина в самом расцвете сил?
МАЛЫШ. Я же не отвечаю за то, что они пишут в газетах.
КАРЛСОН. А кто отвечает?
МАЛЫШ. Журналисты, репортёры…
КАРЛСОН. А эти самые журналисты – репортёры разве не люди? Разве они – не мы сами? Любой из нас может стать журналистом, если захочет, значит, любой из нас отвечает за то, что написано в газетах.
МАЛЫШ. Но я же не могу отвечать за того, кем я не стал…
КАРЛСОН. А ты стань! И тогда не надо будет краснеть за то, что написано в газетах. Летающий бочонок!
МАЛЫШ. А ещё тут написано: «Кому посчастливится поймать этот таинственный предмет».
КАРЛСОН. Да, я – самый таинственный и загадочный Карлсон в мире, но я - не предмет. Кто-то, едва научившийся держать пишущую ручку с нужной стороны, смеет обзывать меня предметом? Я ему, кому-то, так врежу по лбу, а после - по переносице, что у него глаза на пол посыплются, и какая-нибудь домоправительница фрёкен Бок сметёт их пыльным веником в мусорное ведро. Я так не играю. Потому что я не предмет.
МАЛЫШ. Но я не виноват, так написано в газете. А что написано пером, того не вырубить топором, - как говорится.
КАРЛСОН. Не вырубить, - говоришь? Топором?
МАЛЫШ. Я же говорю не про писателя, а про написанное…
КАРЛСОН. Ладно. Тогда уж, если я - предмет, то, во всяком случае, самый лучший в мире предмет, который стоит так дорого. Понял?
МАЛЫШ. Это верно, ты стоишь десять тысяч крон. Думаю, мало, кто стоит столько.
КАРЛСОН. Никто! Никто в мире. Спорим, что такой бестолковый оболтус, как ты, стоит не больше ста двадцати пяти крон. Гей-гоп! Вот летит Карлсон, который стоит десять тысяч крон премии! И это только в одной газете. А если получить со всех газет, где написано про самого дорогого в мире Карлсона? Или, скажем, со всех средств массовой информации, которые повторили это известие? Гей-гоп!
МАЛЫШ. Я точно знаю: мне нечего бояться. Тебе никто не сможет сделать больно, потому что ты – Карлсон!
КАРЛСОН. Конечно, если подумать, каждый может назваться предметом. Но следует безоговорочно признать: до сих пор нашёлся только один такой дорогой и в меру упитанный предмет.

Звонок в дверь.

КАРЛСОН. У тебя гости?
МАЛЫШ. В это время, сегодня, мне никто не может позвонить в дверь. Ой, это, наверное, дядя Юлиус приехал.
КАРЛСОН. Я его не ждал.
МАЛЫШ. Я – тоже. Как-то рановато. И фрёкен Бок ушла в парикмахерскую. Мне придётся самому принимать дядю Юлиуса… какой кошмар.
КАРЛСОН. А кто такой дядя Юлиус?
МАЛЫШ. Дальний родственник папы. Раз в год он приезжает в Стокгольм, чтобы посоветоваться со своим врачом и погостить у нас.
КАРЛСОН. А почему он живёт у нас, а не в отеле?
МАЛЫШ. Он считает, что это слишком дорого.
КАРЛСОН. У него нет денег?
МАЛЫШ. Денег у него много, только он не любит их тратить.
КАРЛСОН. Скряга!

Звонок в дверь.

МАЛЫШ. Мне надо идти.
КАРЛСОН. Постой. А сколько стоит предмет по имени дядя Юлиус?
МАЛЫШ. Наверное, дороже, чем я, но намного меньше, чем ты.
КАРЛСОН. Тогда согласен, пусть живёт. А чего ты так загрустил?
МАЛЫШ. Он никогда ничем не бывает доволен, вот разве только самим собой.
КАРЛСОН. Да я его в два счёта отучу от такой неправильности! Ты только попроси меня, Малыш, как следует.

Длинный звонок в дверь.

МАЛЫШ. Я должен идти, открывать дверь. Только, пожалуйста, Карлсон, не улетай! (Уходит.)
КАРЛСОН. Как же я могу не улететь, если в кухне хоть шаром покати. А до обеда тут ещё нескоро. И поспать для здоровья надо даже после лёгкого перекуса. Как утро вечера мудренее, так и вечер мудренее дня. (Улетает.)
ГОЛОС МАЛЫША. Добро пожаловать, дядя Юлиус.

СЦЕНА 3. Крыша. День

Входят 1 и 2 Воры.

2 ВОР. Всё! Привал! (Уселся.) О, как я устал. А сколько раз, чуть не упал.
1 ВОР. Отдых нужен даже мне, неутомимому. (Уселся.) Пятнадцать крыш обшарили. Осталось о-го-го – сколько. Какой большой Вазастан, оказывается.
2 ВОР. Не понимаю только, если так много крыш, значит, и квартир навалом, а уж жильцов-то и подавно, отчего ж всего два вора на весь район живут впроголодь?
1 ВОР. Оттого, что один из двух воров – болван и неудачник.
2 ВОР. Не будем показывать пальцем. (Указывает пальцем на 1 Вора.)

1 Вор кусает 2 Вора за указательный палец. 2 Вор вскрикнул. Воры дерутся. 2 Вор оседлал 1 Вора, вынул из его кармана газету, хлещет по его лицу.

1 ВОР. Массируй мне моё лицо, массируй, ради своего здоровья я многое готов перенести, особенно бесплатно.
2 ВОР. Где твой летающий бочонок, где? Хоть какой-нибудь предмет с крыльями!
1 ВОР. Гляди! Вон! Там! Да пусти ты, слезь! Вон он! Вон!

1 и 2 Воры встали на колени и глядят вдаль. Вдалеке пролетает Карлсон. В тишине слышен гул его мотора. Карлсон завис, опустился за трубу и скрылся из видимости.

2 ВОР. Значит, он есть!
1 ВОР. Бегом на ту крышу!
2 ВОР. И никаких крыльев у этого бочонка нет, у него вентилятор!
1 ВОР. Пропеллер, неуч.
2 ВОР. Уч и неуч, а воруем одинаково. Вот, что я тебе скажу: не в образовании дело, в человеческих качествах.
1 ВОР. Да что с тобой приключилось?
2 ВОР. А что такое?
1 ВОР. Да поумнел ты вдруг. Это возрастное.
2 ВОР. А до возраста я, по-твоему, был дурак?
1 ВОР. Дурак и не дурак, а всё одно мы – воры. Тебе не стыдно?
2 ВОР. За что?
1 ВОР. За воровство.
2 ВОР. Стыдно. Ну, и что! Эх, да какая разница, умею я читать или не очень, главное слупить с газеты за летающий объект десять тысяч крон. За такие деньги можно даже бросить воровское ремесло.
1 ВОР. Вперёд!

СЦЕНА 4. Кухня. День

Малыш сервирует стол, одновременно подметает пол и варит кашу.

МАЛЫШ. Ох, уж эта мне фрёкен Бок, бросить ребёнка одного встречать дядю Юлиуса. Ума не приложу, что такое сервировка стола. Но она же не знала, будем справедливы, что он приедет днём, а не вечером. И должна же девушка выглядеть!

Входит дядя Юлиус.

ЮЛИУС. Что ты здесь творишь?
МАЛЫШ. Я не творю. Я сервирую стол и готовлю для вас, дядя Юлиус, кашу.
ЮЛИУС. Кашу!? Но я не ем кашу!
МАЛЫШ. Почему?
ЮЛИУС. Потому что она не лезет мне даже в рот, не только, что в желудок!
МАЛЫШ. Мне тоже. Но я вынужден есть кашу, потому что все взрослые уверены: каша полезный продукт.
ЮЛИУС. Конечно, полезный. Но в определённом возрасте. В твоём, например.
МАЛЫШ. Вот говорят: старик впал в детство, и все с этим соглашаются. Значит, старикам, как и детям, каша тоже очень полезна. Логично?
ЮЛИУС. А кто здесь старик?
МАЛЫШ. Ну, не я же.
ЮЛИУС. Я - не старик! И я не собираюсь впадать в детство! Для здоровья моего организма, мне надо есть мясо!
МАЛЫШ. Я не умею готовить мясо. Меня обучили только варить кашу. А может быть, вам потому и приходиться приезжать в Стокгольм, к своему врачу, что мясо вам вредно?
ЮЛИУС. Да что же ты разговариваешь-то со мной! Когда ты должен меня просто вежливо слушать! Какая молодёжь пошла… говорливая. Твои родители говорили, что за домом и тобой должна присматривать некая фрёкен Бок. Почему сию секунду она не стоит у плиты?
МАЛЫШ. Потому что она сидит у парикмахера.
ЮЛИУС. Зачем домработнице парикмахер, скажите на милость. Она же – домработница…
МАЛЫШ. За тем, что девушки перед тем, как впервые встретиться с незнакомым мужчиной, должны выглядеть.
ЮЛИУС. Так она у вас что - не по дому, а по свиданиям бегает?
МАЛЫШ. Она решила выглядеть перед встречей с вами, дядя Юлиус.
ЮЛИУС. И что, фрёкен Бок, очень молода?
МАЛЫШ. Вам виднее. Ей, может быть, лет тридцать, может, сорок, или пятьдесят, лично я старшие возрасты совсем не различаю.
ЮЛИУС. Сам питайся своей кашей, и не морочь мне мой мозг, он мне в жизни ещё пригодится. Я дождусь мясо от фрёкен Бок. (Уходит.)
МАЛЫШ. А мне ни каши, ни мяса не надо. В каком же я тогда возрасте? Может, я ещё не родился? Логично. Тогда у меня ещё многое впереди, можно сказать: всё.

СЦЕНА 5. Крыша. Труба. День

1 Вор затаился. К нему, из-за трубы, подползает 2 Вор.

2 ВОР. Там, за трубой, домик! Как настоящий!
1 ВОР. Тихо ты.
2 ВОР. Я и так тихо.
1 ВОР. Ещё тише.
2 ВОР. Куда тише-то?
1 ВОР. Да хоть куда! Только, чтоб совсем. Хочешь из обыкновенного домушника перейти в касту настоящих бандитов, учись громко молчать и кричать, молча.
2 ВОР. Я не хочу ни в какую касту, я хочу десять тысяч крон.
1 ВОР. Заткнись, ты не на митинге.

Из трубы выползает Карлсон, сверху он внимательно слушает Воров.

2 ВОР. Не умею я так.
1 ВОР. А придётся! Ты обнаружишь нас, болван.
2 ВОР. А если бы я не знал, что летающий бочонок стоит денег, и просто проходил бы мимо, да присел здесь отдохнуть?
1 ВОР. Не понял?
2 ВОР. Надо не тихариться, а прикинуться прохожими.
1 ВОР. Прохожие на крыше?
2 ВОР. Если он летает, как вертолёт, почему я не могу гулять по крышам?
1 ВОР. Что-то ты совсем разумничался. Один раз похвали умную мысль, и на – получи философа. Хорошо, что ты предлагаешь?
2 ВОР. Предлагаю украсть рыбачью сеть и ловить ею. Я знаю, где её взять.
1 ВОР. Толково. А объект в домике?
2 ВОР. Ну, ясный пень! Валяется в койке и хлещет из пятикилограммовой банки сгущённое молоко, вприкуску с двухметровым батоном булки! А на спине вентилятор.
1 ВОР. Пропеллер.

Карлсон прячется в трубу.

2 ВОР. Не, ну, я прямо не знаю, что мне с тобой делать… сказал же: вентилятор!
1 ВОР. Вентилятор используется для разгона духоты, а для полётов – пропеллер.
2 ВОР. Сам дурак!
1 ВОР. Не, ну, я прямо не знаю, что мне с тобой делать… сказал же: пропеллер.
2 ВОР. Вентилятор!
1 ВОР. Пропеллер.
2 ВОР. Ты в курсе, что я за правду могу и прибить больно?
1 ВОР. А ты в курсе, что я… хватит болтать, получи!

Воры дерутся. Из трубы, с завыванием, вылетает Карлсон, в виде привидения.

КАРЛСОН. Эй, ребята, ау… уууу!!! Ау?

1 и 2 Воры замерли.

1 и 2 ВОРЫ (вместе). Ау?
КАРЛСОН (высовывает из-под простыни огромный пистолет). Вот и я говорю: ау.
1 и 2 ВОРЫ (вместе). Вы кто?
КАРЛСОН. Догадайтесь с одного раза?
1 и 2 ВОРЫ (вместе). Привидение?
КАРЛСОН. А то.
1 и 2 ВОРЫ (вместе). А пистолет настоящий?
КАРЛСОН. Сейчас проверим. (Стреляет в воздух.) Настоящий. Ну, кто первый?

1 и 2 Воры, с криком, убегают. Карлсон, с завыванием, летит за ними и стреляет.

СЦЕНА 6. Кухня. Вечер

Юлиус сидит за столом, ест мясо. Рядом стоит Бок, глядит на него. Малыш сидит напротив Юлиуса, тоже смотрит на него.

ЮЛИУС. Что вы на меня уставились, как придворные при королевском столе. Кусок в горло не идёт.
БОК. Вы, Юлиус, горло чаще промачивайте, и никаких застреваний не случится.
ЮЛИУС. А вы правы.
МАЛЫШ. Наверно, такой и должен быть вид у старых королей, да, фрёкен Бок?
БОК. О ком ты, Малыш?
МАЛЫШ. О дяде Юлиусе.
БОК и ЮЛИУС (вместе). О ком!?
МАЛЫШ. Не притворяйтесь, что не слышали, это нехорошо.
БОК. Нехорошо говорить вслух вздор!
МАЛЫШ. Вздор? Высокомерный, самодовольный, толстый – типичный сказочный король.
БОК. Ты будешь наказан!
МАЛЫШ. За что?
БОК. За хамство.
МАЛЫШ. Разве личное мнение является хамством?
БОК. Личное мнение надо держать при себе. Особенно малышам.
МАЛЫШ. Но дядя Юлиус не обиделся, правда?
ЮЛИУС. Почему не обиделся?
МАЛЫШ. Но вы же продолжаете кушать, значит, вам не обидно. Когда мне обидно, я даже задыхаюсь, а фрёкен Бок, изнемогая, падает в кресло.
ЮЛИУС (после паузы). Да, такие времена настали. Малыши не только не выполняют рекомендаций взрослых, но ещё и возражают, не говоря о том, что высказывают своё никому ненужное мнение. И оскорбляют, и унижают. Вот, как обстоят дела, и мне они решительно не нравятся.
БОК. Юлиус, воспитание Малыша – дело его родителей, не обращайте внимания. Но вот, какое своё личное мнение хочу высказать я: вам когда-нибудь кто-нибудь говорил, что вы красивый, умный и в меру упитанный мужчина в самом расцвете сил?
ЮЛИУС. Нет, этого мне никто ещё не говорил. А ведь вы, дорогая фрёкен Бок, поразительно наблюдательны!
БОК. Надеюсь, вам нравится ужин?
ЮЛИУС. Да, спасибо! Хотя данному цыплёнку уж наверняка сравнялось лет пять.
БОК. Что!
ЮЛИУС. Несомненно, судя по цыплячьим зубам. И мясо такое жёсткое, что аж уй-ю-юй.
БОК. Какая некорректность! У цыплёнка вообще нет зубов.
ЮЛИУС. Зато у меня они есть.
БОК. О, да… вы редкостный зубоскал.
МАЛЫШ. Только не ночью.
БОК и ЮЛИУС (вместе). Что!?
МАЛЫШ. Разве у вас снова выросли зубы, дядя Юлиус? И вам уже не нужны съёмные протезы, которые вы кладёте в стакан с водой, на ночь?
ЮЛИУС (вскочил). Да ты… да я… да вы… спокойной ночи!
МАЛЫШ. Ещё и вечер толком не настал…
ЮЛИУС. Спать! Всем – спать. Ты, Малыш, трамвайный хам. Но я тебя перевоспитаю. (Уходит.)
МАЛЫШ. Динь-динь-динь…
БОК. В смысле?
МАЛЫШ. Так звенят трамваи.
БОК. Невероятно! Всё, что угодно дама готова простить кавалеру, но только не непризнание её кулинарного искусства, тем более с цыплёнком.
МАЛЫШ. А дядя Юлиус уже ваш кавалер?
БОК. Да ты… да я… да вы… спокойной ночи, грубиянский Малыш!
МАЛЫШ. Далеко же ещё до ночи…
БОК. Спать! И я тебя тоже перевоспитаю. Завтра же! (Уходит.)
МАЛЫШ. Уловить логику в разговорах взрослых нельзя. И чего фрёкен Бок обиделась на дядю Юлиуса, ведь он от её цыплёнка даже косточек почти не оставил. Ешьте кашу, каша жёсткой не бывает, и – никаких обид.

На подоконник влетел Карлсон.

КАРЛСОН. Ну, и история со мной приключилась! Решительно всё надо самому держать в голове: если что-нибудь забудешь – конец, рассчитывать не на кого.
МАЛЫШ. Карлсон! Дорогой Карлсон!
КАРЛСОН. Да знаю я, что дорогой, десять тысяч крон стою. Но не в этом дело.
МАЛЫШ. А в чём?
КАРЛСОН. Я забыл, что у меня день рождения! И ведь никто не напомнит, не скажет: «Поздравляю тебя, дорогой Карлсон!»
МАЛЫШ. Не понимаю, как у тебя может быть день рождения сегодня, если он у тебя был полгода назад?
КАРЛСОН. Точно, был. Ну, и что? Почему моё рождение должен быть всегда в один и тот же день, да ещё и раз в год? Сегодня тоже прекрасная дата. Может, ты против?
МАЛЫШ. Нет, я «за»! Я за то, чтобы день рождения был всегда, когда хочется!
КАРЛСОН. Тогда давай, преподноси.
МАЛЫШ. Что?
КАРЛСОН. Ну, что могут люди преподносить друг другу в день рождения? Думай!
МАЛЫШ. Конфеты?
КАРЛСОН. Ну, еда – само собой.
МАЛЫШ. Сюрпризы?
КАРЛСОН. Нет, сюрпризы преподносят сами деньрожденцы. Думай!
МАЛЫШ. Подарки?
КАРЛСОН. Правильно! Причём, ты очень верно подметил, что это заветное слово произносится всегда во множественном числе. Давай, преподноси и вручай.
МАЛЫШ. Сейчас погляжу у себя в ящиках…
КАРЛСОН. О, так то в твоей комнате, там – само собой, в своей комнате всякий может, а ты попробуй сообразить мне подарок здесь, на кухне! Он наверняка в холодильнике, я чувствую. (Заглядывает в холодильник.) Так… еда… тоже еда, опять еда… и там еда… везде еда и ни одного подарка! А тут, что? (Вынимает пакетик из холодильника, разворачивает.) Персик!
МАЛЫШ. Это мама мне перед отъездом оставила, с папой…
КАРЛСОН. Ты, что ли, жмот?
МАЛЫШ. Нет.
КАРЛСОН. Тогда привет – буфет, - как говорится.
МАЛЫШ. Мы разделим между собой, правда?
КАРЛСОН. Нет вопросов! Разделим, конечно: я возьму себе персик, а ты – пакетик. Учти, я уступаю тебе лучшую часть, несмотря на мой день рождения. Из пакетика, знаешь, сколько всяких примочек можно сварганить? А из персика – ничего.
МАЛЫШ. Нет, спасибо. Мы сперва разделим персик, а потом я тебе, так и быть, от всей души уступлю пакетик.
КАРЛСОН. И где дают таких прожорливых пацанов? Ну, ладно, раз уж ты настаиваешь… тащи нож, будем пилить твой окаменевший от старости позапрошлогодний фрукт.

Малыш ищет нож, Карлсон прячется под стол.

МАЛЫШ (оборачивается). Карлсон, ты где? Вылезай из-под стола, я твои ноги вижу. Что ты там делаешь?
КАРЛСОН (выбирается из-под стола, обтирает рот). Персик обронился на пол, весь разможжился об пол, и стал персиковой лужей, пришлось вылизывать пол, а то твоя домомучительница на тебя рассвирипела бы. (Подаёт Малышу косточку.) На, - это тебе. От всей моей щедрой души.
МАЛЫШ (взял косточку). Косточка…
КАРСЛОН. Заметь, я всегда отдаю тебе самое лучшее. Убери нож!
МАЛЫШ (после паузы). Мне не нужен нож. (Кладёт нож.) Мне не нужна косточка. (Бросает косточку.) Мне не нужен друг, который играет только в одни ворота.
КАРЛСОН. Какие ворота? Где? Что за игра? Мы будем играть!
МАЛЫШ. Никаких игр с тобой, всё.
КАРСЛОН. Ты от меня отказываешься!?
МАЛЫШ. Нет. Я просто очень хочу персик.
КАРЛСОН. Ну, так я же тебе не мешаю, - хоти!
МАЛЫШ. Да ты не мешаешь мне хотеть персик, но ты помешал мне его съесть.

Карлсон летает вокруг Малыша, чтобы говорить глаза в глаза, но Малыш вертится, отворачивается, прячет взгляд.

КАРЛСОН. Значит, я тебе не нужен?
МАЛЫШ. Мне нужен персик.
КАРЛСОН. Значит, тебе важнее какой-то паршивый персик, чем самый дорогой на свете Карлсон?
МАЛЫШ. Между друзьями всё должно быть поровну.
КАРЛСОН. Но я же оставил тебе косточку! Если ты её посадишь, у тебя вырастет целое персиковое дерево, всё усыпанное огромными сочными персиками. Ладно, хватит болтать, пойдём, разыграем твою домомучительницу и твоего мерзкого дядьку…
МАЛЫШ. Дядя Юлиус – мой родственник, и я не позволю его оскорблять. А фрёкен Бок, на данный момент, заменяет мне маму с папой. Так что, не смей её задирать.
КАРЛСОН. Постой-постой, так мы поссорились и раздружились?
МАЛЫШ. Не хочу говорить на эту тему.
КАРЛСОН. Из-за персика!?
МАЛЫШ. Да, из-за персика.
КАРЛСОН. Спокойствие, только спокойствие. Нет, ну, я так не играю!
МАЛЫШ. Где же я его возьму, твоё спокойствие, когда во мне сидит обида.
КАРЛСОН. Обида! На меня! Эх, ты… а я с ним, как с настоящим человеком общался. Что ж. Прощай.
МАЛЫШ. Прощай.
КАРЛСОН. Прощай?
МАЛЫШ. Прощай.
КАРЛСОН. Прощай! (Улетает в окно.)
МАЛЫШ. Ладно, прости меня, Карлсон. Карлсон? (Оборачивается.) Ты где? (Высовывается в окно.) Карлсон! Прости меня! Вернись, Карлсон! Ах, вот так, да? Ну, тогда я сам тебя найду… на крыше! (Выбирается из окна.) Карлсон! Карлсончик, дорогой!!! Карлсон…

СЦЕНА 7. Крыша. Труба. Вечер

1 Вор ест пирожок. Входит 2 Вор, в его руках – невод.

1 ВОР. Что ты так долго воруешь, надо же шевелиться: раз-раз-раз-раз…
2 ВОР. Дай пирожок.
1 ВОР. Не могу, мне жалко.
2 ВОР. Тогда и мне будет жалко делать десять тысяч крон…
1 ВОР. Да я – не про пирожок! Мне тебя жалко. Я же уже надкусил, а у меня – пародонтоз, он – заразный.
2 ВОР. Когда человек голодный, к нему никакая зараза не пристаёт.
1 ВОР. Шаги?
2 ВОР. Точно.
1 ВОР и 2 ВОР (вместе). По местам! (Прячутся.)

Входит Малыш.

МАЛЫШ. Карлсон, я забыл фонарик, мне не видно твой домик. Ау, Карлсон! Это я, Малыш! Ну, прости меня, я был неправ. Выйди, встреть меня, пожалуйста. Я боюсь!

Появляются 1 и 2 Воры, набрасывают сеть на Малыша. При том, 1 Вор ест пирожок.

1 ВОР. Поймали!
2 ВОР (включает фонарик). Это не бочонок, и даже не предмет. Где я вторую такую сеть возьму…
МАЛЫШ. Пустите меня! Карлсон, беги, здесь бандиты!
1 ВОР. Не ори в ухо. Я из-за тебя пирожок уронил. Где он? А, вот. (Поднимает пирожок.)
2 ВОР. Нет здесь твоего Карлсона. Сейчас, как дам, чтоб не кричал.
1 ВОР (включил фонарик). Парниша, ты кто?
МАЛЫШ. Какое вам дело! Пустите!
2 ВОР. Представься, грубиян, и признавайся, что ты здесь делаешь? Не то…
МАЛЫШ. Не то?
1 ВОР. Да, он может насмерть унетотошить.
2 ВОР. Ты ищешь мужчинку-вертолёта?
МАЛЫШ. Он не мужчинка! Он мужчина в самом расцвете…
2 ВОР. Короче, он летает на пропеллере?
МАЛЫШ. Не «на», а «с». Ну, конечно, он же - Карлсон.
1 ВОР. А ты ему, кто?
МАЛЫШ. Настоящий, единственный друг.
2 ВОР. Что толку от мальца, надо отпускать.
1 ВОР. Нет, я так не думаю. Давай, грузи его себе на спину и пошли, пока привидение опять не налетело.
2 ВОР. Не понял?
1 ВОР. Потом объясню свою идею.
2 ВОР. Да плевать мне на твою идею! Почему грузить мне на спину, а не тебе?
1 ВОР. Потому что мысль – моя, значит, грубая физическая сила – твоя. И наоборот. Если ты, конечно, однажды расшевелишь-таки свои мозги толком.
МАЛЫШ. А меня вы ни о чём не хотите спросить?
1 и 2 ВОРЫ (вместе). Не хотим.
МАЛЫШ. Может, я домой хочу!
2 ВОР (забрасывает сеть с Малышом за спину). Помалкивай!
1 ВОР. Сейчас, я ему пирожок в рот впихну, вместо кляпа. (Засовывает в рот Малышу пирожок.) Не волнуйся, побудешь немного заложником. Питание и пародонтоз за наш счёт.
2 ВОР. Так в чём задумка?
1 ВОР. Этот его Карлсон, который живёт на крыше, сам нам сдастся, если, конечно, они настоящие друзья.
2 ВОР. Не понял. Ой, да потом разберёмся, идём уже, что ли, - не батон с колбасой держу, тяжело же.
1 ВОР. Ты иди в укрытие, а я подожду этого Карлсона, выдвину ультиматум.
2 ВОР. Опять не понял.
1 ВОР. Без насилия будем решать проблему, чтоб было красиво.
2 ВОР. Выражайся яснее!
1 ВОР. Знаешь, что такое киднеппинг?
2 ВОР. Похищение детей с целью выкупа.
1 ВОР. Вот мы дитё и похитили.
2 ВОР. Дитё!? А ты знаешь, сколько оно весит!
МАЛЫШ. На кашах воспитан.
2 ВОР. Цыц, не трепись, не-то с крыши сброшу.
1 ВОР. Но мысль-то тебе понятна?
2 ВОР. Мысль – да, а смысл – нет.
1 ВОР. Думай!
2 ВОР. А, дошло!
МАЛЫШ. Но это же очень подсудное дело, это тебе не мелочь по карманам тырить…
2 ВОР. Я с ним согласен.
1 ВОР. Дело сделано, отступать с крыши некуда. Неси дитё. Переговорю с летающим бочонком и тут же к вам прибегу.
2 ВОР. Понял. Поторопись, время ужина прошло.
1 ВОР. Устроим полночник.
2 ВОР. Чего?
1 ВОР. Ну, есть полдник, а есть полночник.
2 ВОР. Полдник есть, согласен, а полночника не бывает.
1 ВОР. Так будет!
2 ВОР. Почему нет… давай, ждём. (Уходит, с Малышом в сети.)
1 ВОР. А я – в засаду. (Прячется.)

Прилетает Карлсон.

КАРЛСОН. Что за темнота такая здесь сегодня? Какой-то совсем ничегоневидный вечер на крыше. Домой, дорогой Карлсон! Спать… спать.
1 ВОР. Добрый вечер, ужасно дорогой Карлсон, который живёт на крыше и нагло летает в небе Вазастана в виде неопознанного шпионского объекта.
КАРЛСОН. Привет. Ты меня ждал?
1 ВОР. Вот ты какой.
КАРЛСОН. Старик, я со взрослыми не играю, с вами бесполезно, вы не умеете.
1 ВОР. Умеем. Просто игры у нас, у взрослых, другие. А главное, уж если мы, взрослые, решили поиграть, то будем играть, во что бы то ни стало и чего это ни стоило бы другим, хоть бы они, другие, и не желали играть. Уловил мысль?
КАРЛСОН. Не очень. Пришли мне твою мысль в письменном виде завтра, утром, по почте. Я хочу спать. Привет.
1 ВОР. Постой. А как же ультиматум?
КАРЛСОН. У меня его нет.
1 ВОР. Ты не знаешь, что такое ультиматум?
КАРЛСОН. Может, и знаю. Только я жил без него всю жизнь и сегодня тоже проснулся без твоего ультиматума, и лечь спать хочу без него.
1 ВОР. Мы захватили в плен твоего друга.
КАРЛСОН. У меня с сегодняшнего вечера нет друга.
1 ВОР. Он, наверное, ещё не знает об этом.
КАРЛСОН. Кто?
1 ВОР. Я говорю о Малыше.
КАРЛСОН. О Малыше!? Где вы его взяли!?
1 ВОР. Здесь, на крыше, на этом самом месте.
КАРЛСОН. Он шёл ко мне! Гей-гоп! Малыш сам нашёл ко мне дорогу!
1 ВОР. Шёл к тебе, а пришёл к нам.
КАРЛСОН. А он с вами воевал, что вы его пленили?
1 ВОР. Нет, по большому счёту он нам не нужен.
КАРЛСОН. Вы – это кто?
1 ВОР. Мы – шайка воров, которая решила стать бандой разбойников.
КАРЛСОН. Зачем?
1 ВОР. Ну, не идти же работать! А мелкое воровство уже не кормит. Хватит трепаться, пора торговаться.
КАРЛСОН. И торговаться нечего, дружба бесценна, поэтому она ничего не стоит. Да у меня и денег нет.
1 ВОР. Озвучиваю условия ультиматума: завтра утром здесь мы с тобой встречаемся и отправляемся в редакцию газеты. Предварительно усадив в сеть, вместо твоего друга. Там я тебя сдаю с рук на руки и получаю десять тысяч крон, а моя банда отпускает твоего пацана на свободу.
КАРЛСОН. Не, ну, я так не играю. Меня посадить в сетку!? Как какую-нибудь селёдку или даже осетра? Я возражаю. А что, если я сдам вас в полицию?
1 ВОР. Не выйдет. Полиция тебе не поверит и самого арестует.
КАРЛСОН. За что?
1 ВОР. За пропеллер. Ведь это большой криминогенный вопрос: откуда ты взял эту вертушку и как приторочил себе на спину.
КАРЛСОН. Но я таким родился.
1 ВОР. Значит, твоё место в зоопарке. В клетке. То есть, опять же за решёткой.
КАРЛСОН. Почему?
1 ВОР. Потому что люди с пропеллерами на спине не рождаются. В лучшем случае, тебя сдадут в научно-исследовательский институт, для опытов. А там тебя будут содержать в клетке. Вместе с белыми грызунами и неприличными обезьянами.
КАРЛСОН. Ты прав. Полиция – штука загадочная, непредсказуемая, и лучше обходиться своим умом. А ты - глупый мелкий хулиган. Я сам с утра отправлюсь в редакцию и получу за себя десять тысяч крон, а ты останешься с носом и пустыми карманами.
1 ВОР. А как же твой друг?
КАРЛСОН. Не знаю, он мне ничего не говорил насчёт того, что мы помирились. И поэтому на сейчас он мне – не друг. Так что, отдыхай, приятель.
1 ВОР. А как же мои десять тысяч крон!
КАРЛСОН. Они - не твои, они - мои, потому что воры и бандиты такими дорогими не бывают. Они вообще стоят дёшево. Вернее, они не стоят ничего. Десять тысяч крон может стоить только самый дорогой в мире Карлсон. Единственный! Ты согласен с моим умозаключением?
1 ВОР. Нет! Даже воры не могут не стоить ничего. Ну, сколько-то же мы стоим!
КАРЛСОН. Нисколько. Хотя нет, стоите. Ваша цена – стоимость содержания в тюрьме.
1 ВОР. И только?
КАРЛСОН. Да.
1 ВОР. Обидно…
КАРЛСОН. Обижайся сам на себя, тебя никто не заставлял становиться бесплатным человеком.
1 ВОР. Тогда нам придётся бежать и прятаться. Но сначала убить твоего друга.
КАРЛСОН. За что!
1 ВОР. За тебя. За то, что ты такой умный летающий объект, которому никто, кроме себя, не дорог. Ты получишь славу, деньги, и будешь жить долго и весело. Наша шайка тоже как-нибудь устроится в жизни. А Малыша уже не станет. Насовсем. Окончательно и бесповоротно.
КАРЛСОН. Ты уверен, что Малыш шёл ко мне?
1 ВОР. Уверен. Он стоял здесь, на этом самом месте, и плакал от грусти по тебе.
КАРЛСОН. Спокойствие, только спокойствие. Я не хочу, чтобы Малыша не стало совсем. Но я хочу славу, деньги и долгую, весёлую жизнь! Надо подумать. Подожди, мне надо полетать, мне так лучше думается.

Карлсон летает. 1 Вор следит за его полётом.

1 ВОР. О чём ты думаешь?
КАРЛСОН. О новом ультиматуме.
1 ВОР. Может, вместе посоображаем?
КАРЛСОН. Нет, ты не умеешь.
1 ВОР. Умею!
КАРЛСОН. Если бы у тебя работала соображалка, ты не крал бы Малыша, не охотился бы за мной и вообще не воровал.
1 ВОР. И что я тогда делал бы?
КАРЛСОН. Воспитывал бы свою соображалку.
1 ВОР. А разве её можно воспитать?
КАРЛСОН. Конечно, я же воспитал. Придумал! (Совершает посадку на крышу.) Перед тобой самый лучший в мире сочинитель ультиматумов! Слушай же его: ровно через час встречаемся здесь. Я привожу домомучительницу Малыша, то есть фрёкен Бок. Вот с ней и договаривайтесь о выкупе. По-моему, она должна заплатить за освобождение Малыша, потому что сама за ним не доглядела. Верно?
1 ВОР. Абсолютно! Какой же ты умный! Был бы я таким да ещё с пропеллером… ух, я дал бы!
КАРЛСОН. Такие умные люди, как я, не воруют, не грабят и не похищают детей.
1 ВОР. Хочешь сказать, среди преступников нет ни одного умного человека?
КАРЛСОН. Уже сказал. Для воровства ума не надо. Кстати, сколько будет стоить Малыш?
1 ВОР. Конечно, десять тысяч.
КАРЛСОН. Что!? Столько же, сколько и я! Это хамство. Хватит и тысячи.
1 ВОР. Это мало.
КАРЛСОН. Я – самый дорогой в мире Карлсон!
1 ВОР. Но твой друг же – не Карлсон?
КАРЛСОН. Нет…
1 ВОР. Если бы он был Карлсоном, то, конечно, стоил бы не больше тысячи, по сравнению с тобой. Но так как он – не Карлсон, и твой лучший друг, то логично, что он самый дорогой в мире Малыш. И стоит девять тысяч. С половиной. Плюс накладные расходы: экспроприация невода. Да ещё транспортные затраты: на себе же тащили. Итого: десять тысяч.
КАРЛСОН. Две тысячи.
1 ВОР. Девять.
КАРЛСОН. Три.
1 ВОР. Семь – моё последнее слово.
КАРЛСОН. Четыре и – точка.
1 ВОР. Хорошо – пять. Ровно половина между десятью и одной.
КАРЛСОН. Дороговато. Но всё-таки Малыш и правда был моим лучшим другом.
1 ВОР. И остаётся им! Поверь, он тебя любит.
КАРЛСОН. Знаю.
1 ВОР. По рукам?
КАРЛСОН. Это тебе надо дать по рукам, чтобы не воровал, а мне – не за что.
1 ВОР. Тогда просто: договорились?
КАРЛСОН. Да будет так. Я полетел за фрёкен Бок и дядей Юлиусом. Сыгранём в ваши взрослые игры.
1 ВОР. И передай им: что похитители обещали убить парня, если до утра не получат за него деньги.
КАРЛСОН. Привет. (Улетает.)
1 ВОР. Я думал, что у него вместо мозгов механизм. А у него и мозги человеческие, и механизм, где надо… и собственный домик на крыше. Какой же богач этот пропеллер с Карлсоном. И главное, воровать не надо. Неужели так можно жить, чтобы не воровать и быть богатым, а?

Действие 2

СЦЕНА 8. Кухня. Вечер

Электричество выключено. Поздний вечер. У приоткрытой двери холодильника, на полу расположился Юлиус и яростно ест. Электричество включается: на пороге стоит Бок.

БОК. Юлиус!?
ЮЛИУС. Фрёкен Бок!?
БОК. Что вы здесь такое вытворяете?
ЮЛИУС. Ничего особенного, я заплачу. Просто я сегодня не доел.
БОК. То есть вы хотите сказать, что я вас не докормила!?
ЮЛИУС. Выходит, так.
БОК. Боже мой! Какое маловыносимое оскорбление!
ЮЛИУС. Да ладно вам заламывать руки, просто мы впервые встретились. Теперь вы будет знать, сколько мне надо съесть, чтобы не быть голодным.
БОК. Вы хотя бы поднимитесь с пола, когда разговариваете с дамой.
ЮЛИУС. Не могу.
БОК. Вы сломали ногу?
ЮЛИУС. Я что-то застеснялся, ведь я не в костюме. Можно, я посижу?
БОК. Хорошо. Но хотя бы не жуйте во время беседы.
ЮЛИУС. Я не жую.
БОК. Но я же слышу!
ЮЛИУС. Я не жую, я шамкаю.
БОК. Так перестаньте шамкать!
ЮЛИУС. Невозможно. Я забыл на ночном столике, в стакане, свои фиксы, в виде зубных протезов. Так что, общаться с вами я могу, только сидя и шамкая.

В окно влетает Карлсон.

КАРЛСОН. Привет. Я - Карлсон. Лечу себе мимо, гляжу – свет на кухне, дай, думаю, запорхну на огонёк.
БОК. Как вы здесь оказались, мужчина?
КАРЛСОН. Мужчина!
ЮЛИУС. Мальчишка!
КАРЛСОН. Мальчишка! Мне нравятся оба определения, потому что оба верны. Юлиус, хватит есть без меня, тебе же в одиночестве всё равно неинтересно.
ЮЛИУС. Вы меня знаете!?
КАРЛСОН. Фрёкен Бок, подайте же и мне кусочек бекона… и сыра, и масло…
БОК. Вы и меня знаете!?
КАРЛСОН. Конечно. Привет, дядя Юлиус. Привет, фрёкен Бок. Давайте кушать вместе. (Взлетает, кружит по кухне.)
ЮЛИУС. По-моему, он летает?
БОК. Ага.
ЮЛИУС. Без крыльев.
БОК. Ага.
ЮЛИУС. У него на спине пропеллер.
БОК. Ага.
ЮЛИУС. Я сплю?
БОК. Судя по открытому холодильнику, на ночь глядя, нет, не спите. А, может быть, это я сплю?
ЮЛИУС. Судя по тому, что вы меня застукали у открытого холодильника, на ночь глядя, вы тоже не спите.
БОК. У меня кружится голова.
ЮЛИУС. Ага.
БОК. Сейчас я упаду в обморок.
ЮЛИУС. Ага.
БОК. Падаю, в обмороке легче переносить непредвиденные сюрпризы.
ЮЛИУС. Ага.
БОК. Не может же нормальный человеческий детёныш летать, как стрекоза.
ЮЛИУС. Ага.
БОК. Человеческий мужчина тоже не может быть стрекозлом.
ЮЛИУС. Ага.
БОК. Да, обморок придуман не зря.
ЮЛИУС. Ага.
БОК (легла на спину). Всё, я упала.
ЮЛИУС (лёг на спину). Ага.
БОК. Вы уже теряете сознание?
ЮЛИУС. Ага.
БОК. До встречи, милый Юлиус, после обморока.
ЮЛИУС. Дорогая фрёкен Бок… ага.

Юлиус и Бок теряют сознание.

КАРЛСОН. Взрослые всегда падают в обморок, когда видят чудо. Ведь взрослым не хочется верить в чудеса. Потому что получается, что жизнь чудесна, а они так привыкли жаловаться на жизнь. Ага?
ЮЛИУС и БОК (приподнимаются, садятся). Ага. (Теряют сознание.)
КАРЛСОН. Ага… сейчас я буду вас проверять на обморочность! Я самый лучший в мире проверяльщик обмороков. (Раздаёт пощёчины Бок и Юлиусу.) Диагноз: обморокус натуралис, без всяческих притворячек. Будем лечить! (Снимает с плиты чайник, поливает водой Бок и Юлиуса.)
ЮЛИУС и БОК (приподнимаются, садятся, вместе). Что?
КАРЛСОН. Спокойствие, только спокойствие. Это – я, Карлсон, помните? Мы с вами сегодня уже встречались, я тут пролетал. Ага?
ЮЛИУС и БОК (вместе). Ага.
ЮЛИУС. Зловредный мальчишка!
БОК. Несносный мужик!
ЮЛИУС. Это парень.
БОК. Это мужик.
ЮЛИУС. Парень!
БОК. Мужик.
ЮЛИУС и БОК (вместе). У нас, с вами, разные взгляды на жизнь.
КАРЛСОН. Нормально, ребята, была бы жизнь, а взгляды можно примирить. Они всегда разные, эти взгляды, один – из правого глаза, другой – из левого. Ага?
ЮЛИУС и БОК (вместе). Ага.
КАРЛСОН. Я к вам прилетел по делу.
ЮЛИУС и БОК (вместе). Как?
КАРЛСОН. По воздуху. В окно. Вспоминайте, вот так. (Летает.)
ЮЛИУС и БОК (вместе). Он летает! (Ложатся в обморок.)
КАРЛСОН. Ну, вот. Не, я так не играю. Взрослым отчаянно не хочется верить собственным глазам, всё время их закрывают. (Поливает из чайника Юлиуса и Бок.) Ага?
ЮЛИУС и БОК (приподнимаются, садятся, вместе). Что?
КАРЛСОН. Ага, спрашиваю?
ЮЛИУС и БОК (вместе). Ага.
КАРЛСОН (поливает). Для гарантии полью ещё немножко, авансом.
ЮЛИУС и БОК (вместе). Хватит нас мочить!
КАРЛСОН. Что вы, разве это мочилово? Это только водяной компресс для здоровья. Слушайте меня внимательно. С вашим Малышом – проблема.
ЮЛИУС и БОК (вместе). А-га!?
КАРЛСОН. Вашего Малыша похитили. Требуется выкуп в объёме пяти тысяч крон. Плюс десять процентов комиссионных мне за посреднические услуги.
ЮЛИУС и БОК (вместе). Но это – сумма!
КАРЛСОН. А там – Малыш! Чёрствые вы люди. Или не чёрствые?
ЮЛИУС и БОК (вместе). Да, мы – люди…
КАРЛСОН. Я отведу вас на встречу с похитителями. Одевайтесь, я посвящу вас в криминальную историю по пути на крышу.
БОК и ЮЛИУС (вместе). Одеваться?
КАРЛСОН. Ну, конечно. Фрёкен Бок, не поползёшь же ты на крышу по лестнице вверх в домашних шлёпанцах, а ты, Юлиус, без съёмных зубных протезов. Короче, я жду вас на верхнем конце пожарной лестницы. И не забудьте пять тысяч крон плюс десять процентов! Помните, или сегодня вы выкупите Малыша или никогда. Похитители обещали убить парня, если до утра за него не получат деньги. Поторопитесь. (Вылетает в окно.)
БОК и ЮЛИУС (вместе). Поторопимся?
ЮЛИУС. Один вопрос, фрёкен Бок.
БОК. Ах, Юлиус, обращайтесь ко мне по имени.
ЮЛИУС. Но я его не знаю?
БОК. Очень хорошо. Потому что мне моё имя не нравится. И я выбрала себе псевдоним. В честь единственного близкого мне существа, которое оставило наш мир буквально на днях. Зовите меня Матильдою.
ЮЛИУС. И кто же оставил наш мир: матушка, тётушка…
БОК. Кошка. Я по ней скучаю.
ЮЛИУС. Приятно с вами общаться, Матильда, но надо что-то решать с Малышом, всё же он мне родственник.
БОК. Да-да! И я отвечаю за него перед родителями! А, может, это розыгрыш? И Малыш сию секунду спит в своей постельке?
ЮЛИУС. Так идите, проверьте!
БОК. А вы?
ЮЛИУС. А мне надо привести себя в порядок, я без зубных протезов так плохо соображаю…

Сцена 9. Коридор. Вечер

Из комнаты выходит Юлиус, с ртом, полным зубов. Подходит к открытой двери в комнату Малыша, откуда выходит Бок.

ЮЛИУС. Ну?
БОК. Малыша здесь нет. И постель даже не тронута, и пижама. Значит, этот летающий мужичонка прав: Малыша похитили.
ЮЛИУС. Как-как вы сказали, Матильда, - «летающего»!? Ну, конечно! Это же он! Летающий бочонок из газеты! Неопознанный летающий объект, за поимку которого объявлена награда в десять тысяч крон!
БОК. Так, может, нам взять и сдать этого Карлсона в редакцию? Немаленькие деньги. А на часть премии выкупить Малыша!
ЮЛИУС. Карлсон сказал, что выкупить надо непременно сегодня или…
БОК. Или никогда. Но у меня нет таких денег!
ЮЛИУС. У меня, конечно, есть. Но как же жалко их отдавать!
БОК. И мне. Я за вас, Юлиус, за всего вас и всё, что с вами связано, переживаю, как за своё, личное.
ЮЛИУС. Я оценил. Но переживания ничего не стоят. Вот если бы мы придумали, как выкупить Малыша бесплатно!
БОК. За вас, Юлиус, я готова сама отдаться похитителям.
ЮЛИУС. Зачем им вы.
БОК. А вам?
ЮЛИУС. Идея! Можно провести натуральный обмен!
БОК. Как это?
ЮЛИУС. Дорогая фрёкен Бок, я, знаете ли, некоторым образом зарабатываю на жизнь коммивояжжёрством.
БОК. Это правда!?
ЮЛИУС. Ну, да. Я езжу по стране, хожу от дома к дому и предлагаю людям различные товары.
БОК. Я не о том. Это правда, что я – «дорогая»?
ЮЛИУС. Не понял?
БОК. Вы только что произнесли: «дорогая фрёкен Бок»…
ЮЛИУС. Конечно, дорогая. Я не встречал в своей жизни ни одной дешёвой женщины. Каждая хоть сколько-то, но стоила. А ведь жалко каждую крону.
БОК. Я имела ввиду другую дороговизну, несносный! Душевную и даже, если угодно, сердечную!
ЮЛИУС. Милая фрёкен Бок…
БОК. Милая!
ЮЛИУС. Уважаемая фрёкен Бок…
БОК. А вот уважать меня в данном случае не надо. Лучше милуйте меня, Юлиус!
ЮЛИУС. Давайте, сначала разберёмся с Малышом.
БОК. Я согласна!
ЮЛИУС. Так вот. Я продаю всякие мелкие принадлежности, без которых настоящая женщина не может обойтись по хозяйству. И одним их таких предметов является магнит. Я ведь за тем и приехал в Стокгольм, чтобы затариться на складе.
БОК. О, да, Юлиус, магнит – это вы…
ЮЛИУС. Это такие магнитные бублики, на которые хозяйственные женщины крепят иголки для шитья, булавки. У меня этих бубликов в чемодане целая связка. Если бы вы только видели, какая у них вместе огромная магнетическая сила…
БОК. О да, Юлиус, - магнетическая…
ЮЛИУС. Фрёкен Бок! Возьмите себя в руки!
БОК. И вы… вы тоже можете подержать…
ЮЛИУС. Оденьтесь поприличнее, и через пять минут встречаемся у пожарной лестницы. Там нас ждёт Карлсон. А я пока приготовлю мой сюрприз для выкупа.

Юлиус уходит в свою комнату.

БОК. Но Юлиус, девушке за пять минут прилично одеться нереально! Хотя как прикажете, мой повелитель, я готова на всё!

СЦЕНА 10. Крыша. Труба. Ночь.

1 и 2 Воры вносят на плечах палку, к которой приторочен невод с Малышом. У Малыша во рту кляп, а руки и ноги связаны.

1 ВОР. Заноси, аккуратнее…

1 и 2 Воры укрепляют палку с Малышом в горизонтальном положении, на весу.

2 ВОР. Как пацан? Проверь.
1 ВОР. Сам проверь.
2 ВОР. Я ненавижу трупы.
1 ВОР. Какие трупы!? Ты с ума сошёл!? Он жив же…
2 ВОР. Ну, мало ли.
1 ВОР (проверяет пульс Малыша). Живой. Спит, что ли.
2 ВОР. В такой позе спать…
1 ВОР. Охота пуще неволи. Глаза открыл! Что? Неуютно? А нечего, на ночь глядя, шляться, да ещё по крышам.
2 ВОР. Давай тряпку.
1 ВОР (достав из рюкзака гардину). Не тряпка, а гардина, из которой мы вмиг сделаем ширму, - красота. Укрепляем края…

1 и 2 Воры закрывают гардиной Малыша на палке, укрепляют.

2 ВОР. Готово! Пацана не видать, и то, что за тряпкой – тайник, на взгляд не определить. То, что надо! А ты – голова с мозгами.
1 ВОР. Ты проверил головные уборы?
2 ВОР. Конечно. Только глупости всё это.
1 ВОР. Нам надо создать видимость, что нас не двое, а с десяток, - банда!
2 ВОР. Это-то я понимаю. Но на одних шапках не уедешь, надо хотя бы ещё какие-то детали одежды зарядить, - пиджаки, кофты…
1 ВОР. Обойдётся. Во-первых, ночь. Во-вторых, страх за мальчишку. В-третьих, непривычная обстановка: не каждый же день старики ведут переговоры на крыше.
2 ВОР. Может быть. Ты уверен, что они придут без полиции?
1 ВОР. Моя охранная система крыши работает безотказно, сам знаешь, я её из кладовки банкира выкрал. И запасные пути отхода мы только что проработали. Главное, сделать вид, что жизнь их мальчишки в опасности.
2 ВОР. Думаешь, они согласятся обмениваться ночью?
1 ВОР. Конечно! Взрослые же уверены, что дети ночью должны спать в своей постели, а не мучиться в плену.
2 ВОР. Как-то всё мутно, ясности не хватает. О, слышишь сигнал?
1 ВОР. Говорил тебе, охранная система не подведёт. Идут! Прячемся, на всякий случай, вдруг они с подкреплением. Врассыпную, по местам!

1 и 2 Воры прячутся. Влетает Карлсон.

КАРЛСОН. Сюда! Эй, бандюганы, родственники за ребёнком притопали. Ау?
ГОЛОСА ВОРОВ. Ау-ау, ау.

Из-за дальних труб появляются 1 и 2 Воры, оба – в причудливых шапках, говорят изменёнными голосами.

1 ВОР. Ага, прилетел.
2 ВОР. Быстрей уже деньги, что ли, взять, или чью-то жизнь…
1 ВОР. Отправляем парламентёра!

1 и 2 Воры прячутся за трубы.

ГОЛОСА ВОРОВ. Ау-ау, ау.

Входят Бок и Юлиус, с большой хозяйственной сумкой.

КАРЛСОН. Слышите?
ГОЛОСА ВОРОВ. Ау-ау, ау.
ЮЛИУС. Мы хотим не слышать, а видеть.
БОК. Вот именно. Ох, Юлиус, вы такой… волшебный!
КАРЛСОН. Чего такое!? Это он-то волшебный? Где? Чем? Или у него есть пропеллер? Или он живёт на крыше? Или, может быть, это он придумал, как спасти Малыша!?
ЮЛИУС. Мужчина, что вы так разволновались, успокойтесь.
КАРЛСОН. Дуэль! Я вызываю тебя, дядя Юлиус, на дуэль.
ЮЛИУС. Во-первых, я тебе не дядя, во-вторых, я не дерусь с ветряными мельницами, потому что я – не дон Кихот.
БОК. Но я хотела бы быть вашей Дульсинеей!
КАРЛСОН. Эй, ребята, вы про что? И где вы тут видите ветряные мельницы? Вообще, что такое ветряная мельница?

Из-за старой трубы выглядывает 2 Вор, в шляпе – «котелке», с перьями.

2 ВОР. Ну, давай уже, мясник – Свенсон, точи ножи, они пришли, не дай бог, без денег. (Прячется за трубу.)

Из-за ближней трубы выходит 1 Вор.

1 ВОР. Пришли?
КАРЛСОН. Нет, прилетели. Отвали, приятель, мы тут между собой ещё отношения не выяснили. Что такое ветряная мельница?
1 ВОР. Сначала – сделка! Потом разбирайтесь. Деньги принесли?
ЮЛИУС. Отчасти.
КАРЛСОН и 1 ВОР (вместе). Не понял!?
1 ВОР (Карлсону). Помолчи, это я не понял.
КАРЛСОН. Сам заткнись! Я-то больше тебя не понимаю, если иметь ввиду ветряную мельницу.
БОК. Ребята, если вы не будете верещать и отвлекаться, Юлиус вам кратко и доходчиво всё объяснит. Он – такой.

Из-за дальней трубы появляется 2 Вор, в пиратской треуголке.

2 ВОР. Эгей, долго ещё?
1 ВОР. Сейчас-сейчас.
2 ВОР. Мы тут решили дать вам не больше пяти минут, потом будем грабить, резать… очень больно! (Прячется за трубой.)
1 ВОР. Короче, дяденьки и тётеньки. Что значит деньги «отчасти»?
ЮЛИУС. Давайте, я ничего говорить не буду, а просто покажу. (Открывает сумку.) Господин Карлсон, прошу вас подойти и удостовериться, что в сумке находиться то, что граждане воры от нас желают получить.
КАРЛСОН. А почему я?
ЮЛИУС. Но вы же вызвались играть роль посредника.
КАРЛСОН. Кто? Я? Надо же. Я – посредник… Я – самый лучший в мире посредник! Особенно, если я его играю. (Включает пропеллер, подлетает к открытой сумке, кричит.) Ааа! Что это! Куда!? Мой пропеллер не крутит, моторчик сломался в груди! Помогите!

Карлсона, помимо его воли, разворачивает в воздухе на спине к сумке, пропеллер перестаёт работать. Карлсона затягивает в сумку. Юлиус не успевает закрыть сумку, как Карлсон оттуда выпрыгивает: к его пропеллеру прилипли магнитные «бублики», связанные одной верёвкой.

ЮЛИУС (хватает конец верёвки). Фрёкен Бок, помогите!
БОК (хватается за верёвку). Всегда!
КАРЛСОН (сопротивляется). Нет, нет, я не хочу в сумку!

С криками и стонами, Юлиус и Бок запихивают Карлсона в сумку и закрывают, оставив конец верёвки наружу.

1 ВОР. И чего это было?
БОК. Ничего ещё не было, всё ещё только начинается.
1 ВОР. Вы его магнитом, что ли, в сумку затянули?
ЮЛИУС. Это – бизнес, ничего личного. Именно магнитом. Обыкновенным, хозяйственным. Карлсон передал нам от вас ультиматум, что вы готовы вернуть нашего Малыша за пять тысяч крон плюс десять процентов комиссионных посреднику. Верно?
1 ВОР. Про проценты впервые слышу, но из вашего кошелька нам ничего не жалко.
ЮЛИУС. При этом, за самого Карлсона, который летает над Вазастаном, газета предлагает десять тысяч крон. Таким образом, сейчас вы нам возвращаете нашего Мальчика, а мы вам, в качестве выкупа, отдаём примагниченного Карлсона, которого вы отдаёте в газету и там получаете наличные. Логично?

Из-за ближней трубы выходит 2 Вор, с ножом наперевес.

2 ВОР. Так интересно…
ЮЛИУС (вынимает из наружного кармана сумки пистолет). На пистолет у меня есть разрешение, а управляться им я научился, когда служил в полиции. Да-да, ведь я – полицейский в отставке.
1 ВОР. Убедительно…
БОК. Браво, Юлиус, просто браво, и – всё тут.
ЮЛИУС. Условия обмена устраивают?
1 и 2 ВОРЫ. Да!
ЮЛИУС. И ещё. Десять тысяч за Карлсона это на четыре тысячи с половиной больше, чем за Малыша с комиссионными. Завтра принесёте сдачу. Или я не только поупражняюсь сейчас на вас в меткости стрельбы, но ещё и сдам в полицию.
БОК. Браво. Ну, что, ворьё, согласны!?
1 и 2 ВОРЫ. Ещё бы! Да!!!
ЮЛИУС. Где Малыш?
2 ВОР. В двух шагах.
БОК. Показывайте!
1 и 2 ВОРЫ (вместе). Мигом! (Снимают ширму.)
БОК. Малыш!
ЮЛИУС. Матильда, проверьте мальчишку на живучесть.
1 и 2 ВОРЫ (вместе). Да жив он, жив!
ЮЛИУС. Молчать.
БОК (подбегает к Малышу, проверяет его пульс). Он прощупывается, он жив! (Тормошит Малыша.) Малыш, Малыш, очнись!
ЮЛИУС. Развязывайте.
2 ВОР. Сначала – обмен! Сумку – на бочку!
ЮЛИУС. Забирайте. Вместе со сдачей, вернёте все магниты до одного. Встречаемся завтра, здесь же на этом месте.
1 ВОР. Без вопросов!
2 ВОР. А может лучше на дом принести?
ЮЛИУС. Согласен.
1 ВОР (2 Вору), Берём и уходим.
ЮЛИУС. Стоять. До тех пор пока мальчик не очнётся, никто никуда не денется.
БОК. Он открыл глаза! Малыш, Малыш, мы с дядей Юлиусом здесь, с тобой. Что же ты молчишь, Малыш, скажи хоть слово!
2 ВОР. Выньте у него изо рта кляп.
БОК (вынимает кляп). Даже мне в голову не приходило, что кляпом можно затыкать рот слишком крикливому ребёнку… интересная мысль.
МАЛЫШ. Фрёкен Бок? Дядя Юлиус! Что происходит?
ЮЛИУС. Дома всё расскажем.
1 ВОР. Так мы уходим?
ЮЛИУС. Нет, сначала – мы.
МАЛЫШ. Развяжите меня…
ЮЛИУС. Нет, не здесь. (Подходит к Малышу.) Твои руки и ноги затекли и онемели, всё равно тебя нести, а на палке удобнее, чем на руках. Матильда, берём Малыша и уходим. (1 и 2 Ворам.) А вы уйдёте через пять минут, и – в другую сторону. Да, сумку тоже не забудьте вернуть. Взяли и – пошли!

Юлиус и Бок, подхватив Малыша, уходят.

2 ВОР. Какой неожиданно грозный дяденька попался.
1 ВОР. Нарвались – это точно. Легко отделались.
2 ВОР. А вдруг он уже вызвал полицию?
1 ВОР. Нет. Сигнализацию-то мы ещё не отключали.
2 ВОР. Пять минут долго не проходят…
1 ВОР. Пять – не пять, нам, по любому, в другую сторону. Берём сумку.
2 ВОР. Как думаешь, бочонок с пропеллером в сумке не задохнулся?
1 ВОР. Не важно, потом разберёмся. Главное: сделать ноги.
1 и 2 ВОРЫ (вместе). Бежим!

1 и 2 Воры подхватывают сумку с Карлсоном и уходят.

Сцена 11. Прихожая

Звонки в дверь. Из распахнувшихся дверей своих комнат выходят Бок и Юлиус. Они, не отрывая взглядов друг от друга, идут навстречу, берутся за руки. Звонки в дверь.
БОК. Юлиус!
ЮЛИУС. Матильда…
БОК. Как давно мы не виделись!
ЮЛИУС. Точно, я заметил время: девять минут сорок две секунды…
БОК. Я счастлива, что в дверь позвонили и прервали наше одиночество поврозь!
ЮЛИУС. И всё ещё звонят.
БОК. Что вы говорите!

Из своей комнаты входит Малыш. Звонки в дверь.

ЮЛИУС. Наверное, опять принесли прессу про Карлсона. Зачем вы подписались на все издания, в которых упоминается этот летающий бочонок.
БОК. Затем, что как только я вижу информацию про Карлсона, сразу вспоминаю наше первое свидание на крыше и переживаю, и переживаю…
МАЛЫШ. А что, если сначала открыть дверь, а потом переживать на здоровье?
БОК. Вот ты и открой. А мы, Юлиус, пойдём в гостиную, там, по телевизору, скоро начнётся пресс-конференция с Карлсоном.
ЮЛИУС. Любопытно, ему починили пропеллер…
БОК. Очень, очень любопытно!
МАЛЫШ. Покалечили Карлсона своим магнитами и ещё любопытствуют…
БОК и ЮЛИУС (вместе). Ради тебя, Малыш, всё – ради любви.
МАЛЫШ. Зачем нужна любовь, если кто-то из-за неё становится калекой!
БОК и ЮЛИУС (вместе). Взрослым лучше знать, Малыш, что нужно и что правильно. Займись дверью.

Бок и Юлиус, не разъединяя рук и взглядов, уходят в гостиную, захлопнув за собой дверь. Звонки в дверь.

МАЛЫШ (вослед). Я не просил спасать меня ценой Карлсона! Влюблённые взрослые какие-то ненормальные, говорят и делают совершенные глупости. Всех влюблённых надо изолировать от детей, чтобы не мешать разумному течению жизни. (Отпирает входную дверь.) Проходите.
1 ГОЛОС. Не положено. Получите газеты и журналы. И не запирайтесь, или нам придётся складывать прессу у порога в квартиру, а тогда вы не сможете открыть дверь.

В квартиру влетают стопы перевязанных ленточками газет и журналов.

МАЛЫШ (развязывает ленточки, рассматривает первые полосы). Карлсон… Карлсон… Карлсон…

Влетают очередные стопы.

МАЛЫШ. Ой, сколько вас…
2 ГОЛОС. Вся бригада почтальонов Вазастана!
МАЛЫШ. Спасибо.
3 ГОЛОС. И это ещё не всё.

Влетают очередные стопы.

4 ГОЛОС. Придумали сказку и дурят народ.
1 ГОЛОС. Мы поехали за новой партией. Ждите!
МАЛЫШ (не отрываясь от просмотра). Ждём, ждём…

Во входную дверь входит Карлсон.

КАРЛСОН. Привет, парень.
МАЛЫШ. Карлсон! Дорогой Карлсон…
КАРЛСОН. Я знаю, что дорогой.
МАЛЫШ. Но ты же должен сейчас быть на пресс-конференции в телевизоре.
КАРЛСОН. Вот, что, Парень, позови-ка своего дядю Юлиуса, мне надо получить от него один ответ на один вопрос. А пресс-конференцию показывают в записи.
МАЛЫШ. А почему ты называешь меня «парень»? Ведь я – Малыш!
КАРЛСОН. Карлсон никогда не ошибается.
МАЛЫШ. Карлсон, мы не виделись с того самого дня выкупа! Разве тебе не радостно, как мне? Ведь ты же должен понимать, что я ни в чём не виноват, я – жертва обстоятельств. Мы, с тобой, оба – жертвы.
КАРЛСОН. Так ты не позовёшь Юлиуса?
МАЛЫШ. Он не может разжать руки.
КАРЛСОН. Как это?
МАЛЫШ. Их сжала фрёкен Бок. И если я позову дядю Юлиуса, то с ним обязательно придёт и его невеста.
КАРЛСОН. Какая?
МАЛЫШ. Фрёкен Бок!
КАРЛСОН. Значит, у вас все счастливы и мне здесь больше делать нечего. Я всё равно шёл прощаться.
МАЛЫШ. Почему нечего! Давай играть!
КАРЛСОН. Со счастливыми людьми играть неинтересно, потому что они так заняты друг другом, что всегда проигрывают. А я люблю играть на равных.
МАЛЫШ. А как же я? Эй, Карлсон, опомнись, это же я – Малыш…
КАРЛСОН. Ты уже вырос. Помнишь персик?
МАЛЫШ. Конечно! Пойдём в кухню, я угощу тебя целым килограммом персиков!
КАРЛСОН. У меня обувь на шнурках, долго возиться, а ходить по чужому дому в уличной обуви – неприлично.
МАЛЫШ. Карлсон стал приличным человеком!
КАРЛСОН. Я – не человек, я – Карлсон!
МАЛЫШ. Прости, мы так давно не общались, что я теряюсь в правильных словах.
КАРЛСОН. Я и говорю: вырос. Малыши теряются в неправильных словах и не хотят знать правильных.
МАЛЫШ. Ты стал философом.
КАРЛСОН. Да, ведь я больше не могу летать.
МАЛЫШ. А я не верил газетам…
КАРЛСОН. Связка магнитов твоего дяди Юлиуса искорёжила мой пропеллер и сломала мой моторчик в груди.
МАЛЫШ. И ничего нельзя отремонтировать?
КАРЛСОН. Карлсон ремонту не подлежит! Всё, Парень, прощай.
МАЛЫШ. Я – Малыш!
КАРЛСОН. Нет. Ты потребовал персик и отказался понять, что персиковая косточка ценнее персиковой мякоти, которая нужнее была мне.
МАЛЫШ. Но разве нельзя было поделить мякоть?
КАРЛСОН. А разве можно поделить косточку?
МАЛЫШ. Если вдуматься, то нет.
КАРЛСОН. Вот. Твою косточку поделить нельзя, так на каком же основании я должен был поделиться моей мякотью?
МАЛЫШ. Как-то всё туманно.
КАРЛСОН. Ты перестал понимать Карлсона, который живёт на крыше, значит, ты вырос, значит, Малыш стал Парнем. А как парень, ты мне неинтересен. Прощай.
МАЛЫШ. Подожди, я принесу тебе персики.
КАРЛСОН. Я не люблю персики, у меня повышенная желудочная кислотность.
МАЛЫШ. Постой! Что ты хотел спросить у дяди Юлиуса?
КАРЛСОН. Ты всё равно не знаешь ответа, Малыш.
МАЛЫШ. Ты же сам сказал, что я – не Малыш.
КАРЛСОН. Точно! Ты вырос и, возможно, знаешь ответ на мой вопрос. Скажи, что такое ветряная мельница?
МАЛЫШ. Но это элементарно!
КАРЛСОН. Кому – как.
МАЛЫШ. Прости. Ветряная мельница — это аэродинамический механизм, который выполняет механическую работу за счет энергии ветра, улавливаемой крыльями мельницы. Наиболее известным применением ветряных мельниц является их использование для помола муки. Да вот же картинка на стене висит!

Малыш указывает на иллюстрацию к роману «Дон Кихот» в рамке, висящую на стене.

МАЛЫШ. Это иллюстрация к любимому роману моих родителей.
КАРЛСОН. Я похож на этот уродливый сарай?
МАЛЫШ. Нет, конечно.
КАРЛСОН. А твой дядя назвал меня ветряной мельницей.
МАЛЫШ. Тут важен контекст.
КАРЛСОН. А кто этот чудак с копьём?
МАЛЫШ. Сам дон Кихот. Герой романа воображает себя средневековым рыцарем, и разбушевавшаяся фантазия убедила его, что это не ветряная мельница, а злой великан…
КАРЛСОН. Карлсон – злой великан!? Твой дядя Юлиус, кажется, совсем сдурел. Недаром, он жениться на твоей домомучительнице.
МАЛЫШ. Они любят друг друга.
КАРЛСОН. Ты их защищаешь. От меня! А раньше для тебя всегда был прав я. Нет, Парень, я так не играю. Прощай. (Подходит к двери.)
МАЛЫШ. Прощай.
КАРЛСОН (на ходу). В твоём голосе – слёзы?
МАЛЫШ. Не могу смотреть, как Карлсон ходит по земле. Карлсон должен летать.
КАРЛСОН (на ходу). Не по земле, а по полу. (В дверях). Персики, говоришь? Целый килограмм?
МАЛЫШ. Я принесу! В дорогу! Мигом! (Убегает в кухню.)
КАРЛСОН. Эх, Парень, не хочу я этих персиков, просто я не хочу плакать, прощаясь с твоим весёлым детством. Прощай, Малыш.

Карлсон нажимает на кнопку, пропеллер включается – он взлетает и улетает в дверь. Вбегает Малыш, с кульком, полным персиков.

МАЛЫШ. Карлсон! (Оседает на пол.) Карлсон… (Роняет кулёк на пол.) Прощай, Карлсон. (Убегает в свою комнату.) Прощай…

Из кухни влетает Карлсон, собирает рассыпавшиеся персики, делает прощальный круг и улетает. Из комнаты выбегает Малыш.

МАЛЫШ. Карлсон? Я слышал звук твоего моторчика! А где персики? Персиков нет, ура! Ты жив и здоров, как прежде! Друг мой… мой самый дорогой в мире Карлсон.